|
|
 |
|
|
|
 |
Концерт Элины Гаранчи в Москве
Концерты знаменитых певцов и певиц уже давно не редкость для столицы. Собственно, из звезд оперной сцены у нас за последние несколько лет выступили практически все: Чечилия Бартоли, Вальтрауд Майер, Рене Флеминг, Симона Кермес, Роландо Виллазон, Пласидо Доминго... Про Анну Нетребко и не говорю - она выступает у нас едва ли не каждые полгода (несмотря на феноменальную востребованность на Западе). Поэтому приезд Элины Гаранчи был лишь делом времени. Тем более, что Гаранча пока еще не так раскручена, как Нетребко, поэтому «заманить» ее в Россию, надо полагать, было не таким уж сложным делом.
Признаюсь, я ждал этого концерта полтора года - с тех пор, как услышал дебютный альбом Гаранчи на Deutsche Grammophon. Тогда (в январе 2007-го) я предрек Гаранче славу «Нетребко №2», и вскоре стало ясно, что я не ошибся. Сегодня сравнение Нетребко и Гаранчи встречается повсеместно. Оно и понятно: обе записываются на Deutsche Grammophon, обе - красавицы, обе исполняют примерно один репертуар (XIX век плюс Моцарт плюс самое начало XX века). К тому же, дорожки двух примадонн регулярно пересекаются. Еще в 2003 году мало кому известная Гаранча записывала меццо-сопрановые партии для дебютного альбома Нетребко Opera Arias. В 2006 году девушки спели дуэтом для сборника Mozart Album, а в 2007 году Элина уже выступала с Анной на равных - концерт в Баден-Бадене оказался нелохой проверкой на прочность звездного дуэта (хотя элемент соперничества, разумеется, присутствовал).
В ноябре выходит новый альбом Нетребко Souvenirs (статью о нем читайте на DigitLife.ru в ближайшее время!), и там мы опять услышим голос Гаранчи. А на 2009 год запланировано издание оперы «Капулетти и Монтекки» Беллини, где Джульетту споет Нетребко, а Ромео - Гаранча (напомним: партия Ромео написана Беллини для меццо-сопрано). Российской публике пока что не посчастливилось увидеть (и услышать) двух красавиц на одной сцене. Но думаю, рано или поздно и это случится (если, конечно, примадонны не разругаются). А пока - мы можем оценить сольное выступление Элины Гаранчи в Большом Зале Консерватории, состоявшееся 18 сентября.
Надо заметить, что в отличие от Нетребко (выступавшей на сцене БЗК исключительно с другими вокалистами) Гаранча отважилась на сольный вечер. И это, конечно, очень обнадеживало. Но на поверку оказалось, что сольным (да и вокальным) этот вечер может быть назван с натяжкой: едва ли не половину всего времени заняли симфонические номера в исполнении башметовского оркестра «Новая Россия» под управлением мужа Гаранчи Карела Марка Чичона. В основном это были увертюры и антракты из опер XIX века - любимые публикой, но исполненные более чем посредственно. В некоторых моментах фальшь просто резала слух.
Публику, правда, это не особо смущало: сидевшая недалеко от меня пожилая дама радостно притоптывала в такт, а в одной из лож народ вообще пустился в пляс. При этом, российские «ценители» самоотверженно кричали «браво» после каждого симфонического номера - хотя номера эти нужны прежде всего для отдыха певицы. Кстати, несмотря на такой щадящий режим (почти после каждого номера Гаранча удалялась за кулисы, передавая эстафету мужу) ее вокал был тоже небезупречен. Лишь ко второй половине первого отделения Элина распелась, а арии, сколь-нибудь сложные в техническом плане, вообще приберегла на конец концерта.
Правда, ожидаемого мной финала «Золушки» Россини (главного «хита» Гаранчи, который есть на обоих ее сольных альбомах и который она исполняла на баден-баденском концерте) так и не прозвучало. И вообще, компоновка программы была весьма странной: начался концерт с Моцарта (два номера из «Милосердия Тита»), затем - Беллини (два номера из «Капулетти и Монтекки»), во втором отделении - сарсуэла испанского композитора Чапи и три самых известных фрагмента из «Кармен». На бис Гаранча спела еще одну арию Чапи (из своего альбома Aria Cantilena) и - O mio babbino caro Пуччини (из оперы «Джанни Скикки»).
Этот номер порадовал больше всего - не столько потому, что он был как-то особенно интересно спет (эта миниатюра столь часто исполняется, что чем-то удивить искушенную публику здесь практически невозможно), сколько потому, что это было неожиданно: O mio babbino caro написана для сопрано, а Гаранча - меццо. И это наложило свой отпечаток: номер прозвучал более тепло и проникновенно, чем у той же Нетребко (хотя с rubato и «затягиваниями» Элина даже переборщила). Но вот за что совершенно не следовало браться, так это за хабанеру и сегидилью из «Кармен». Чисто спеть ноты здесь мало - надо создать яркий образ; а Гаранче это оказалось не по зубам. Штампы вроде красного платья, «руки в боки» и высокомерно прищуренных глаз, наоборот, работали против нее.
Для того, чтобы понять, как на самом деле надо исполнять номера из «Кармен» в концертном варианте, достаточно посмотреть общеизвестный DVD с гамбургским выступлением Марии Каллас (1962). Но даже не столь выдающиеся певицы зачастую делают это лучше, чем Гаранча, одаренная от природы и внешностью, и голосом, и обаянием. В целом от концерта как раз и осталось такое ощущение: безумно талантливый человек отработал вполсилы и без задора (который, к слову, всегда есть у Нетребко). При этом, в сентябре у Гаранчи нет других выступлений (ни концертных, ни оперных), поэтому ни о какой усталости речи быть не может. Хотя, возможно, что после августа Гаранча расслабилась, а к октябрьским концертам еще не набрала форму. А может, и просто плохой день выдался... Помните, как в старой рекламе: «Это был точно не день Бэкхема»... Может в следующий раз красавица приедет к нам в более удачное время?
Сергей Уваров (uvarov@ixbt.com)
Опубликовано — 19 сентября 2008 г.