|
|
 |
|
|
|
 |
Колонка главного редактора DigitLife.ru
Сергея Уварова
Мы на DigitLife уже несколько раз поднимали тему синтеза искусств – музыкально-театральных постановок, в которых бы роль различных видов искусства была примерно одинакова, а вместе они образовывали бы органичное единство, подчиненное единой концепции. Одним из наиболее любопытных примеров такого произведения искусства мы называли оперный перформанс Кирилла Серебренникова, показанный на Винзаводе на закрытии последнего фестиваля TERRITORIЯ. Серебренников прежде уже обращался к опере – его постановка «Фальстафа» Верди по сей день идет в Мариинском театре, - но на Винзаводе мы увидели нечто принципиально иное.
Как мы помним, одна из двух одноактных опер, составивших вечер, была написана российским композитором Алексеем Сюмаком в тесном сотрудничестве с Кириллом Серебренниковым, то есть режиссура и режиссерское видение концепции спектакля оказались не чем-то вторичным по сравнению с музыкой (как в случае с классическими операми), но равноправными составляющими единого аудио-визуального пространства, «выращенными» одновременно с музыкой. Теперь же Серебренников развил идеи подобного синтетического произведения и претворил оригинальную концепцию на более привычной, традиционной площадке.
«Киже» стал одной из главных премьер текущего сезона во МХАТе им.Чехова, и велик соблазн назвать это просто еще одной театральной работой режиссера (к тому же, сделавшего для МХАТа немало постановок классических пьес – «Лес», «Мещане», «Господа Головлевы»…). Но по сути, «Киже», конечно, не является традиционным спектаклем и приближается скорее к уже упомянутому перформансу на Винзаводе, а также к «Мистериону» (ГЦКЗ им.Чайковского, 2007), «Персефоне» (ММДМ, 2007) и «Жанне Д’Арк на костре» (ММДМ, 2006) – предыдущим экспериментам Серебренникова в области соединения музыки и театрального действа.
Автором музыки снова стал Алексей Сюмак, и, наверное, можно сказать, что музыка здесь является одним из главных действующих лиц. Это подчеркнуто даже чисто внешне: периодически на сцену выходят музыканты (например, четыре духовика, один виолончелист, один барабанщик и т.д.), которые иллюстрируют действие пьесы музыкальным сопровождением – впрочем, куда более ярким, чем стандартная фоновая музыка. Кроме того, небольшое инструментальный ансамбль постоянно размещается на левом балконе над сценой – и выполняет он примерно ту же роль, что оркестр в опере.
Далее, на правом балконе над сценой можно разглядеть некоторое количество ударных инструментов (в том числе оркестровые колокола), а также пульт и микрофон для создания электронных эффектов. То есть, получается, в «Киже» использовано три вида музыки: электронная, шумовая и инструментально-вокальная. Вокальная – потому что почти всем актерам приходится петь, и здесь диапазон приемов опять-таки очень велик. Это могут быть нехитрые a la народные напевы, ансамблевое пение и даже квази-оперные сцены (состоящие из речитативов, ансамблей и прочих традиционных форм, отсылающих нас к опере эпохи Классицизма).
Кстати, аллюзии на оперу XVIII века здесь еще и для того, чтобы передать дух эпохи: действие спектакля разворачивается в период правления Павла I (1799 – 1805), а тогда в России как раз было засилье итальянских и немецких композиторов, писавших в стиле, близком к Венской классической школе и Глюку. Сюмак в своей музыке удачно на это намекает, не избежав, правда, некоторого эклектизма и стилистической пестроты, но зато обогатив спектакль дополнительными смысловыми и эмоциональными нюансами.
Вообще, аллюзии, цитаты, стилизации и прочие постмодернистские штучки в «Киже» повсюду: в одном из эпизодов Павел I поднимает из могилы череп и обращается к нему (таким образом Серебренников как бы проводит параллель между Павлом и Гамлетом - а ведь действительно, в них есть что-то общее!), еще одна мизансцена явно «списана» с картины Рембрандта «Возвращение блудного сына»… И это уже не говоря о стихах, которые звучат из уст актеров: Барков, Некрасов, Шекспир. Даже Канта Серебренников вспоминает и делает одним из героев своей трагикомической фантазии.
Кстати, важная деталь: в основе спектакля – пьеса, написанная самим Серебренниковым. Он же обозначен в программке и как художник. То есть данный проект (несмотря на все вышесказанное по поводу роли музыки) – более авторский, чем все прыдущие работы Кирилла. Плюс ко всему, узнаваемый стиль сценографии, специфическая режиссерская интонация (знакомая как по предыдущим театральным работам Серебренникова, например, по «Человеку-подушке», так и по его фильмам «Изображая жертву» и «Юрьев день») сразу бросаются в глаза и не позволяют усомниться, чей же это проект, кто выступил творческим лидером.
Какая же тема вдохновила Серебренникова на такое нестандартное и мощное в художественном плане высказывание? Пьеса написана по повести советского писателя Юрия Тынянова «Подпоручик Киже», но от оригинала Кирилл ушел довольно далеко. Получилась своего рода «фантазия на тему». Причем, в большей степени на тему исторических фактов и анекдотов павловских времен, а не повести Тынянова. Сюжетная линия здесь весьма условная, а чередование мизансцен зачастую кажется лишенным логики, но на самом деле здесь логика есть, просто она не реалистическая, а сюрреалистическая.
Поэтому ни абстрактные декорации, ни «лишние» действующие лица на сцене (музыканты), ни даже такие на первый взгляд странные детали, как кларнеты у солдат вместо оружия (кстати, еще одно свидетельство важности музыки) не вызывают диссонанса, не угрожают цельности пьесы. «Киже» - не столько повествование, сколько размышление на тему, попытка осмыслить всегда актуальные для российской действительности вопросы (Что есть свобода? Нужна ли она народу? Или лучше порядок? Но где заканчивается порядок и начинается бюрократия?) в оригинальной театрально-музыкальной форме.
Удалось ли это Серебренникову? Думаю, да. Причем, и в плане содержания, и в плане формы (то есть синтетического произведения искусства). Важно, что это первая его работа в такой манере, доступная самой широкой публике. Как мы помним, «Жанна Д’Арк», «Персефона» и «Мистерион» были показаны лишь единожды, а оперы на Винзаводе смогли посмотреть меньше 500 человек (было 4 представления, каждое – для 120 зрителей). Зато «Киже» будет идти во МХАТе регулярно, и попасть на него труда не составляет.
Сергей Уваров (uvarov@ixbt.com)
Опубликовано — 20 марта 2009 г.